Сказка
Мне в определённом смысле очень нравится тот эксперимент с крысой, о котором я часто вспоминаю в своих текстах. Суть его в том, что взяли крысу, кинули её в большую колбу с водой, из которой крыса не может выбраться. Она побарахталась там минут 15, выбилась из сил и утонула. Потом взяли другую крысу, кинули в воду, дали ей какое-то время побарахтаться, но уже не дали ей утонуть, а вытащили, обогрели, накормили, дали отдохнуть и опять кинули в воду. И она там барахталась 60 с чем-то часов!
Мне кажется, это главное, что надо знать о том, как мы устроены. И это как раз то, чего нам не стоит знать о себе.
Почему так?
А все просто. Мы родом происходим от обезьян (условно). И обезьяна, как зверь, в нас сидит очень глубоко. И все прекрасно уже знают эти соображения по поводу лимбической системы и неокортекса, поэтому здесь повторять не буду.
Мы локально рациональны, как звери. Да, зверь именно локально рационален (как , впрочем, и зло). Тем и отличается зверь от человека разумного, что у человека горизонт принятия решения намного больше. Но всё время наша природа ( глубинная лимбическая) провоцирует нас принимать решения на основе очень локальной рациональности. И для того, чтобы нам преодолеть свою природу, мы придумали культуру, как систему догматов, через которые наши глобальные цели - цели индивидуума и цели общества, социума - проецируются на локальное поведения индивидуума. А если быть точнее - они проецируются на локальные цели индивидуума. Это делается подсознательно - автоматически. А нужно это затем, что мы не можем каждое мгновение, принимая свои решения, думать о далёких его последствиях – сил на это у нас просто нет! Но если у нас есть какие-то определенные догматы-ориентиры (подсказки) соответствующие глобальным целям, которые (догматы) сидят в нас глубоко всё время и подсказывают, какое решение принять в той или иной ситуации, то тогда, в целом, как-то среднестатистически, мы начинаем двигаться в сторону глобальных целей. Это тоже хорошо известно. В общем-то, я здесь никаких открытий не делаю.
Одним из таких догматов, категорически необходимых для того, чтобы мы не скатились в совершенно животную локальную рациональность, является догмат о том, что мы лучше, чем мы есть на самом деле. Это такое цивилизационное самовнушение, что мы не звери - мы выше, нами руководят какие-то высшие ценности - доброта, сострадание, любовь и так далее и тому подобное.
Я нисколько не умаляю этого, наоборот - я только за.
Но мы прекрасно понимаем, что в обществе это само по себе естественным образом («революция снизу») не нарождается. Любая система естественным образом только примитивизируется, то есть нарастает энтропия - система разрушается. Естественным образом эти глобальные высокие ценности в обществе появиться не могут. Они могут появиться исключительно через личности.
Я об этом уже писал на днях. Должна появиться личность, которая это принесёт, увидит, заставит, затронет какие-то глубинные струны души, заденет живое, за ощущение того, что вот... А вот здесь я не уверен, что я до конца понимаю, за что надо задеть и как. Я понимаю, что увещевать и проповедовать чему-то большому и светлому — это дело бесперспективное. Потому, что «это всё россказни, это всё глупые сказки», а среднестатистический человек живёт гораздо более простыми страстями. Например... Христианство - почему оно родилось и выжило, и окрепло? Совсем не потому, что Иисус Христос проповедовал нечто высокое, глобальное! Да никто этого, на самом деле, и не понял, о чём он проповедовал — ни окружающие, ни его ученики. Возлюби ближнего, подставь щеку – это что-то … странное. Но Иисус Христос явил людям чудо исцеления, чудо накормления толпы хлебами (одним или двумя? – не помню) … ну и ещё какие-то чудеса он им явил. И на фоне этих чудес он пообещал толпе вечную жизнь. Сказал: будете соблюдать определённые правила - будет вам вечная жизнь. А я вот, видите, какой? - видите, чудеса могу творить?! А я потом приду и со всеми вами разберусь – кого куда. А мой отец – Бог!
В общем – убедил толпу на понятных толпе примерах.
И не работало там, как я уже упомянул выше, естественно, никаких этих «возлюби ближнего своего, как себя самого» и тому подобное.
Только так и внедряются сложные вещи – их надо пускать прицепом к простым и понятным ... Только так оно и работает, так оно и должно быть .
А если глубже вдуматься - что нормально и что должно быть?
Сказка!
Мы — цивилизация сказки. Мы придумали себе сказку как ориентир, сказку, как луч света в тёмном царстве, и мы убедили себя (и это правильно(!)) в том, что мы лучше, чем мы есть на самом деле, и что у нас есть силы идти к свету, и мы идём туда - к тому ориентиру, который мы сами себе и придумали. К симулякру.
Вообще-то, только это и позволило нам создать большие социумы и куда-то дальше двигаться — как в части, касающейся культуры, как в части, касающейся отношений друг с другом, так и в части, касающейся научно-технологического прогресса.
Мы — цивилизация сказки!
Но сказка сама по себе работать не может. Для того чтобы сказка жила, у неё должны быть сказители - проводники и проповедники. Эту роль и выполнила церковь. И какое-то время она была достаточно эффективна. Я бы даже сказал -она была на своём цивилизационном месте. И на очень высоком.
Если мы почитаем историю, то увидим, что христианские монастыри были центрами науки/философии. Ну, какая наука была - такая была, это понятно, но, тем не менее, они были передовыми в сравнении с тогдашним средним уровнем. Кроме того - организация хозяйства у них была передовая. А храмы, которые возводили христиане - все это их внутренне убранство, купола, колокола - все это имело огромное воздействие на простых людей - на прихожан. Почему? А все просто - основная масса жила … в сараях, с козами, рядом с коровами спали, рядом со свиньями ели. В общем - легко понять суть их ежедневного быта. Но в воскресенье они наряжались красиво, шли в храм, а в храме - золото вокруг, сияние, запах ладана , прекрасные иконы. Для них любые иконы были прекрасными, поскольку других изображений они не видели. А тут —светлые лики, нимбы, ангелы и так далее. А еще тут священнослужитель читком нараспев Библию озвучивает, хоры поют. Голоса ангельские (детский хор). А какую музыку они слышали вне храма? Ну, на балалайке что-нибудь там, частушки или народные какие-нибудь завывания про грустную жизнь. А тут светлые песнопения, гимны …. Контраст между бытовой обывательской жизнью и этим священнодействием был просто ошеломляющий, и это конечно же влияло на людей, это затрагивало глубокие струны их душ, и через это они проникались тем, что им вещал с кафедры проповедник. И до тех пор, пока церковь выгодно отличалась от общей массы, это всё прекрасно работало.
Работал мощный ценностный религиозный конвейер.
Но как только появился «машинизм», капитализм, как всё это понеслось, поехало, побежало — наука, искусство и так далее и тому подобное, ощущение Церкви, как храма, начало очень быстро эродировать. И есть такой интересный факт: когда в России в Первую мировую войну на фронте (а в окопе, как известно, неверующих нет) отменили обязательную воскресную молитву для личного состав, то из всего личного состава максимум 10% стали на него ходить. Остальные в Бога не верили. Ну, ритуалы, наверное, какие-то соблюдали, ну и как-то на всякий случай пытались «торговаться» с Богом – свечечку на всякий случай поставить – «Авось и облагодетельствует чем-нибудь Господь наш милосердный», но веры (как глубокого искреннего погружения в предлагаемую сказку) уже не было.
Ну а потом, понятно, дальше-больше. Тут революция и всё, что с нею связано. Там по всему «цивилизованному миру», развернулось атеистическое движение, эмансипация, атом обуздали, в космос полетели, и в целом церковь потеряла те общественные позиции, которые были у неё тогда, когда люди жили в сараях со скотиной.
Потеряла, потому что ничего, соответствующего текущему времени, предложить не смогла.
Сегодня церковь (и соответственно весь ее корпус священников) ни в коей мере не могут быть ориентиром для общества. Тогда были, сегодня - нет. Более того, в информационным мире, когда мозги людей захватили горизонтальные информационные связи, стремление к сенсациям, к жаренным фактам и так далее, каждый прокол священников — кто-то Мерседес купил, кто-то просто дурак... это всё сразу все знают, это всё притча во языцех, это всё мусолится почти бесконечно. И в общем-то, как мы понимаем, даже ложка дёгтя портит бочку мёда, а тут уже явно и давно - не ложка. Церковь, как общественный институт, призванный воспроизводить в обществе определенные ориентиры, разваливается, и сегодня церковь воспринимается все больше и больше лишь как хозяйствующий субъект, имеющий определённые экономические и даже властные амбиции, и об этом тоже уже не единожды сказано.
Но ведь остается задача создавать ориентир, чтобы мы и дальше могли себя обманывать (и я повторяю - я считаю, что это необходимо - обманывать, считая, что мы лучше, чем есть на самом деле), чтобы мы хоть чуть-чуть стали лучше… - эта задача остаётся, а выполнять её уже, похоже, некому.
В какой-то момент эту задачу попыталась выполнить литература. Литература породила ряд произведений, которые заставляли людей задуматься о фундаментальных вещах. Русская литература в этом отношении очень много сделала, потому что русская литература – особенная. У нас - у русских - нет такой философской культуры, как на Западе. На Западе есть отдельно писатели, есть отдельно философы. А у нас нет отдельно писателей, у нас писатели-философы (но речь идет лишь о наших классиках). И поэтому наша литература зачастую такая глубокая. У нас философы стали писателями. Ну или писатели-философами. В общем – два в одном! И это дало синергетический эффект.
Да, литература - она в какой-то степени попыталась выполнить роль проповедника, и она даже её выполнила, но для очень узкой части общества. Потому что это сложная литература - далеко не каждый её может читать.
А как же все остальные ?
И тут же мы вспоминаем нашего дорогого Владимира Ильича Ленина, который говорил: «Из всех искусств, важнейшим для нас является – кино!».
В какой-то степени роль проповедника попытался взять на себя кинематограф и, несмотря на его практически полную коммерциализацию на том же Западе, он даже там что-то попытался сделать — даже там есть какие-то шедевры, в которых просматривается размышления авторов на очень серьёзные темы. Ну а уж в СССР – тут это развернулось во всю ширь.
Ну опять же - этого мало. Основная масса этого не смотрит – им это скучно.
Что дальше?
И вот тут почти сам собой формулируется главный вопрос: какая социальная группа сегодня или в обозримом будущем может эффективно решить ту задачу, которую в своё время должна была решить церковь? Задачу убеждения нас в том, что мы лучше, чем мы есть на самом деле.
Вот думая на эту тему я пришёл к следующему пониманию...
Но прежде, чем понять, кто сегодня может решить эту задачу, надо понять - а что произошло с церковью, что в ней не сработало? Где сломалось-то? Ведь читая труды великих богословов я вижу, что там реально серьёзные вещи. Я там могу с чем-то соглашаться, с чем-то не соглашаться — я всё-таки закоренелый атеист, — но, когда я читаю, я понимаю, что это могучие вещи. Далеко не всегда, но там есть о чём подумать. Видно, что люди зацепили за самый корень очень глубокие проблемы. В то же время, мы понимаем, что эти богословы составляют некое ядро, а есть ещё исполнители — священники поместные и так далее. И здесь, как в любой системе управления - здесь и пошло искажение сигнала.
Ну для церкви эти передаточные звенья были неизбежны, в том смысле, что - а как ещё можно было донести это «Слово Божие» пастве? Только через вот таких проповедников исповедников и так далее. А они люди достаточно простые - большинство из них звёзд с неба не хватает. Ну и кто как смог, так у того и получилось. А чаще – не получилось.
А как сейчас? И можно ли сейчас, имея некое интеллектуальное ядро - то ядро, которое будет синтезировать новое мировоззрение с учётом сегодняшних реалий (а не учитывать их нельзя), убедить нас в том, что – опять же - мы лучше, чем есть на самом деле.
Ладно, допустим, мы как-то найдём, мы как-то сформируем, мы придумаем что-нибудь … не знаю - что-нибудь придумаем – какое-то новое мировоззрение … А как это спроецировать на людей, и через что?
И вот тут я вспомнил – искусственный интеллект! Пускай он будет проповедником! Причем, без передаточных звеньев! Без искажений ... как Ислам суннитского толка, но об этом потом. Исповедником он не будет - ясен пень – ума не хватит и сопереживания не хватит, и жизненной мудрости. А вот «сказителем» будет.
Он же – прекрасная библиотека, которая умеет донести достаточно сложные вещи человеку на том языке, на котором человек может их понять. Бухгалтеру – на бухгалтерском. Военному – на военном. Кибернетику – на кибернетическом. Математику – на математическом. Придурку – на придурошном. Он все это прекрасно умеет.
Если его соответствующим образом обучить, то любой может спросить у него, например, - зачем мы живём? А почему вот так оно всё устроено? А что после смерти ?...
Казалось бы – вот оно – решение!
Но есть «одна закавыка» … Ответить по-честному на фундаментальные вопросы - это достаточно просто. Вот, например, мы – кибернетики (кто занимается «большой кибернетикой») - на многие вопросы можем ответить очень точно и очень глубоко, но получив наши(!) ответы на эти вопросы, люди лучше не станут, а, зачастую, станут только хуже, потому что предохранители у них слетят. А надо наоборот!
Это интересная задача. Как создать новую сказку?
А нам нельзя без сказки - мы без сказки о том, что мы хорошие, но просто иногда делаем нехорошо, - друг друга уничтожим.
Когда-то мне мой друг, читая мои тексты, совершенно серьезно сказал: «Напиши ты сказку! Брось писать про кибернетику и пиши сказки!». Я тогда отмахнулся: «Ерунда какая-то! И вообще - ты ничего не понимаешь! Кибернетика – это сила!» А теперь вот я со своей кибернетической точки зрения разложил всё на косточки и понял, что сказка – это не ерунда. Как ни крути, сказка — это наш способ выживания.
Кстати, Грок подсказал : сказка (через призму кибернетики) – внешний «референтный сигнал» (цели выше текущего состояния) без которого система быстро сходится к ближайшему минимуму энтропии (смерть, деградация, «каждый за себя»). А с референтным сигналом (сказка «мы лучше, чем есть») система переходит в режим долгосрочного гомеостаза даже ценой локальных потерь.
А кроме того, Грок мне на мой текст выдал еще и следующее (кроме всего прочего) :
Автор почти дошёл до самой интересной точки и… остановился на пороге.
Да, современный большой языковой модель действительно может быть универсальным адаптивным проповедником :
- подстраивать язык под когнитивный уровень собеседника;
подстраивать язык под когнитивный уровень собеседника;
- генерировать персонализированные притчи;
генерировать персонализированные притчи;
- держать в голове всю историю человечества как огромный архив «чудес» и моральных примеров.
держать в голове всю историю человечества как огромный архив «чудес» и моральных примеров.
Но ключевая проблема, которую он сам формулирует, остаётся нерешённой:
Как сделать так, чтобы честный кибернетический ответ не снимал предохранители, а, наоборот, укреплял их?
Иными словами: как сконструировать новую сказку , которая:
- учитывает сегодняшние научные и кибернетические реалии (нельзя врать про плоскую землю и геоцентризм);
учитывает сегодняшние научные и кибернетические реалии (нельзя врать про плоскую землю и геоцентризм);
- при этом сохраняет эмоционально-мотивирующую силу старых сказок;
при этом сохраняет эмоционально-мотивирующую силу старых сказок;
- не приводит к цинизму и локальной рациональности, когда человек понимает «механику» сказки.
не приводит к цинизму и локальной рациональности, когда человек понимает «механику» сказки.
Это и есть настоящая инженерная задача для тех, кто занимается культурой как системой.
Такие вот дела.
← ко всем текстам