С чего начинается любая работа по формированию стратегий?
Целеполагание? Анализ? Прогноз? Выделение проблем, которые обязательно должны быть разрешены, или, как их модно нынче называть, – вызовов?
Нет, нет и еще раз – нет!
Любая работа в области формирования стратегий начинается с определения системы трендов (фундаментальных зависимостей, законов, параметров порядка и т.п.), которые определяют динамику объекта стратегического исследования и его окружения. Другими словами – мы всегда начинаем с изучения явления, объекта, системы и т.п., динамику которого нам необходимо прогнозировать. Или пользуемся уже чем-то, сделанным до нас. Заниматься стратегией в отношении чего-то, ключевые законы существования чего мы не знаем – это совершенно пустое (с точки зрения содержания) занятие, хотя с точки зрения того, чтобы заработать немного денег на очередном прогнозе, за результаты которого не придется потом отвечать – занятие вполне себе привлекательное!
Но оставим вопросы “наноэкономики” прокурорским….
Мы здесь – про тренды.
И раз уж речь идет о трендах, то речь должна всегда идти о тех трендах, которые в рассматриваемой стратегии не могут быть изменены. Это догма. Это про фундаменты фундаментов.
Передо мной сейчас лежит толстенная стратегия для одной большой корпорации. Стратегия на 30 лет и почти на 500 страниц. В ней много говорится о том, куда и как будут развиваться науки и технологии, какие их конвергенции намечаются, как будет меняться стоимость нового и т.д. и т.п., но совершенно не понятно – почему?
А ответ на вопрос «почему» является необходимым, если мы ставим перед собой цель – не просто приятно провести время среди неглупых людей в различного рода «форсайтах», а нам необходимо обеспечить доказательный анализ и прогноз, например – прогноз научно-технологического прогресса на те же 25-30 лет вперед.
Говоря о научно-технологическом прогрессе (НТП), необходимо отметить, что НТП во многом движется, как ответ на запросы общества, экономики, власти, требований общественной безопасности и обороноспособности и т.п.. Причем, удовлетворение одного запроса провоцирует новый запрос, одно реализованное решение блокирует возможность реализации другого экономически и т.д.. Да, система (НТП и система, в которой он реализуется) сильно связана внутри и следующее ее состояние в значительной степени (почти полностью) зависит от предыдущего и лишь в небольшой степени от ее представлений о будущем. И при этом на траектории эволюции системы всегда есть множество развилок – точек бифуркации. И невозможно из сегодняшнего дня с достаточной уверенностью предположить, куда повернет траектория в том, возможно, далеком будущем, когда очередная развилка станет актуальной. Причем, таких точек-развилок множество, а с учетом того, что логическое и событийное время сегодня сжимается (и, возможно, далее будет сжиматься еще сильнее, дойдя, в абсолюте, до некой сингулярности), в астрономическом/физическом времени значимые точки бифуркации могут быть уже буквально завтра.
В этих условиях формирование долгосрочной стратегии управляемой эволюции любой деятельности превращается практически в бессмысленное занятие, или же оно должно базироваться на каких-то основаниях, которые были бы намного более предсказуемы, чем «лихорадка» самого НТП, финансовых и экономических систем, экономических и политических теорий, модных увлечений “искусственными интеллектами”, глобальных конфликтов и т.д., и т.п.. По сути, нам необходимо отчетливое и надежное понимание тех оснований, которые определяют всё то, от чего мы обычно (к сожалению) отталкиваемся, когда пытаемся формировать так необходимые сегодня долгосрочные и глобальные стратегии.
Нам необходимо идти глубже.
При этом рука буквально тянется подробно написать здесь про Адама Смита и его теорию разделения труда. И про то, что, чем дальше, тем больше будет усугубляться это разделение. И про то, что такое разделение, в свою очередь, обязательно породит новые требования к системам управления, которые должны будут увязать этот атомизированный труд в единую систему (а там имеет место, стремящийся к квадратичному, рост количества связей между «атомами» труда). А так же про то, что сами системы управления подвержены деградации за счет их неизбежной бюрократизации, которая тоже есть следствие разделения труда, но уже – труда управленческого. И про то, что деградация систем управления рано или поздно, но неизбежно (!) доходит до такого уровня, при котором любая относительно независимая система управления начинает сначала работать исключительно на себя, а потом и во вред объекту управления – на его разрушение, поскольку он в какой-то момент для нее становится не более чем обузой.
И когда стремительно растущие требования к эффективности систем управления накладываются на столь же стремительную потерю способности этих систем управления решать задачи по назначению, … происходит коллапс! Наступает кризис кризисов, в сравнении с которым финансовый и даже экономический кризис, это – не более , чем детский сад.
Хочется также подробно написать и про то, что общество, двигаясь в следующий технологический уклад будет просто вынуждено рекрутировать массы людей из архаичных экономик (экономик натурального или близкого к нему хозяйства) и бросать в топку глобального расширенного воспроизводства. А это неизбежно приводит к снижению рождаемости и необходимости постоянного восполнения экономически активных масс потоками из тех самых архаичных обществ. А столкновение культуры общества модерна и постмодерна с культурой новых эмигрантов -носителей архаичных догматов всегда будет приводить к поглощению первых вторыми. И чтобы не скатиться в новую архаику, необходимо будет что-то с этим делать. И это что-то должно быть чем-то очень специальным и необычным.
Душа просто рвется написать и о том, как меняются механизмы власти, что творится с общественной безопасностью, правом собственности и авторским правом, и к чему это ведет, и каковы механизмы этого. Написать о том, как меняется война во всех ее ипостасях …
… но всё это уже было. Не всё еще выложено на Катакомбу, но всё уже лежит «в столе».
И чем дольше оно лежит, тем отчетливее проявляется желание заглянуть еще глубже.
А еще глубже – базовые ценностные установки цивилизации.
Догматы.
Но говорить здесь о догматах я буду акцентированно через призму диалектики. Причем, не буду сразу нырять в её глубины, а начну вот с чего …
Уже около полутора тысяч лет европейская часть человеческой цивилизации выстраивает своё мировоззрение и взаимодействие внутри себя через призму двух «сказок». Если не нравится слово «сказка», можно сказать «история». Но я всё-таки настаиваю на «сказка», поскольку нет никаких доказательств того, что все, о чем в них говорится, было в действительности. И употребляя термин «сказка», я нисколько не имею ввиду какую-бы то ни было отрицательную коннотацию, а как раз напротив – я практически восхищен тем, как удалось, придумав некий сюжет, сделать его основополагающим законом общества, причем всё общество в той или иной степени понимает, что этот сюжет не имеет отношения к действительности – это просто сказка, и более того – общество не понимает, да и не хочет понимать реальной глубины этой сказки! В общем – общество не понимает почти ничего, но сказка практически управляет основами сосуществования в обществе! Это и есть чудо! Будем пока так считать.
Как уже ясно, когда речь идет о первой сказке, то речь идет о Христе. Человек отдает себя в жертву толпе, в надежде на то, что эта толпа когда-то одумается и от существования «каждый против каждого» начнет движение к «возлюби ближнего своего». Причем, этот человек не знает наверняка, что это сработает, и, если отбросить всю мистику – ни о каком воскрешении не помышляет. Не сын Бога – обычный (в этом смысле) человек. И потому велик. Ибо будучи сыном Бога и будучи уверенным в своём бессмертии … какой подвиг в том, чтобы пойти на смерть? Это тогда не подвиг – это позёрство.
Ладно, этим пусть теологи забавляются, а что тут видит “философ от кибернетики” ?…
А для “философа от кибернетики” тут всё очевидно. Это сюжет о том, как расширяется размерность человеческого социума. Раньше добро-зло в социуме определялось на одном горизонте (в рамках одной системы координат), а с принятием идеи христианства, которая заключается в том, чтобы научить массы жить в согласии, не грызть друг другу глотки, и за счет этого извлекать неизмеримо больший системный эффект, категории добра и зла стали определяться в пределах гораздо более широкой границы -добавилось много новых координатных осей. И вдруг то, что раньше считалось добром, оказалось злом, и наоборот.
Вообще-то этот сюжет нам говорит про самое глубокое – про противостояние «здесь и сейчас немного, но с гарантией» и «когда-то потом много, но не факт!». Это про синицу в руках и журавля в небе. Это про живот и про душу.
А уже потом это про идею прощения, которая есть лишь один из инструментов достижения большего через возможность формирования более крупных сообществ. И про идею любви, как фундамент этого прощения. И так далее и тому подобное.
Да, эта сказка – сказка про одно из фундаментальных диалектических противоречий, в которое мы всегда упираемся, когда добросовестно изучаем объект исследования – когда доходим до наших пределов его познания.
И если уж я затронул один из законов диалектики, то справедливо было бы посмотреть на фундаментальные основы, определяющие основы эволюции цивилизации, как пространства реализации научно-технического прогресса (который меня сейчас и интересует в первую очередь) через призму всех этих законов.
А их всего три …
Первый – закон единства и борьбы противоположностей. Как уже ясно из вышеприведенного текста, он хорошо просматривается в борьбе локальной необходимости и необходимости глобальной. Здесь было бы очень полезно рассмотреть и основной закон теории управления (закон эффекта от сокращения степеней свободы), но это уже было на Катакомбе, поэтому, кому будет интересно – легко сможет найти самостоятельно.
Второй – закон перехода количества в качество. Сразу замечу, что к нему «в довесок» идет и прямо противоположный ему закон – закон перехода качества в количество. И «живут» они в неразрывном двуединстве. Однако, это двуединство мы, зачастую, искусственно разрываем и концентрируемся лишь на первой составляющей, но делаем это исключительно из операционалистских соображений – и ни в коем случае не из соображений поиска лучшей … истины. Просто иногда сил не хватает оперировать этим двуединством. Проявления этого закона тоже очевидны, и каждый без труда сможет и сам привести множество примеров. Этот закон является, условно, самым простым из трех законов диалектики.
А самым сложным законом является третий. Закон отрицания отрицания. Или иногда его без существенного риска искажения сути можно называть – «закон маятника». Философы спорят о том, является ли этот закон независимым, или он является лишь следствием закона единства и борьбы противоположностей, но что бы не являлось основой их споров, ракурс, предлагаемый этим законом практически всегда очень эффективен, когда мы исследуем сложные динамические системы. Согласуясь с этим законом, мы выделяем в любой исследуемой системе две несовместимые концепции, между которыми система движется – от одной к другой, и потом обратно. Причем двигаясь в одну сторону, система словно накапливает стремление двигаться в сторону другую. Хорошим примером является движение общества между централизованным управлением и децентрализованным. В какой-то момент общество устает от жестких границ централизованного управления и стремится к децентрализованному, а потом устает от децентрализованного бардака и жаждет централизованного “квадратно-гнездового” порядка, уже давно забыв о том, чем за него приходится платить.
«Закон маятника» – это тот закон, через призму которого весьма и весьма полезно рассматривать эволюцию любой сложной системы. Причем, технологическая хитрость здесь заключается в том, чтобы декомпозировать сложную систему на несколько более простых так, чтобы в каждой из простых отчетливо просматривался этот внутренний «маятник». А потом определенным образом увязать все маятники между собой. В результате получается система, исследование траектории эволюции которой позволяет максимально доказательно (при отсутствии «тривиальных» математических моделей) сделать необходимые выводы. Об этом на Катакомбе тоже уже есть, и немало.
Говоря о «законе маятника», мы также как и в случае первых двух законов легко находим его отражение в окружающей действительности. Это и пример, приведенный выше, – про централизованное и децентрализованное управление. Это и пример, связанный с возвратом к электрическим двигателям, а потом – опять к намечающемуся сегодня возврату к ДВС. Это пример “химических часов”. Это пример движения сначала от экспертных систем к интеллектуальным, и опять возвращения к экспертным, но уже несколько на другом уровне. Причем, изменение уровня является, зачастую, важнейшим аспектом реализации этого закона. Всем известное развитие по спирали – это оно. Однако далеко не всегда это реализуется. Иногда это просто всего лишь «бег по кругу». И, даже, не иногда.
Я начал про миф о самопожертвовании, а это вылилось в небольшую лекцию по основам диалектического материализма. Но в этом нет ничего удивительного. Чем глубже мы копаем, тем больше … вскрыши! Да, в прошлом я – горный инженер.
Второй миф, о котором, как мне кажется, необходимо говорить, когда мы пытаемся вскрыть фундаментальные законы, определяющие то, что потом определяет НТП – это «пещера Платона». Но это не миф – в том смысле, что это не выдуманная история, выдаваемая за истину. Это действительно чистая и не опороченная претензией на действительность сказка. Это «широко известная в узких кругах» сказка о том, как люди, всегда жившие в пещере и никогда не выходящие наружу, но знающие о мире снаружи лишь по теням его на стене пещеры, относятся к самой идее – выйти и посмотреть. Это история про то, как соотносится безопасность (сидеть в пещере) и развитие (выйти и посмотреть). Ясно, что абсолютная безопасность исключает развитие и наоборот. Якобы ясно. Но не всё так просто.
Здесь, как и в первом мифе, проявляется конфликт между большим и малым. Развитие (жертвуя безопасностью) сейчас, есть основа безопасности в будущем! И, опять же, – наоборот!
Да, мы опять имеем дело с базовым конфликтом – конфликтом между малым и большим.
И вообще-то здесь нет ничего удивительного. Глубоко препарируя тренды, законы, противоречия (даже закон единства и борьбы противоположностей) мы практически всегда выходим на понимание того, что в основе исследуемых процессов, явлений, событий, объектов и систем лежит именно конфликт, связанный с разной размерностью оценки и/или существования.
Я начальник – ты дурак! В чем тут суть конфликта? Конечно, в разнице горизонта оценки одного и того же явления, состояния, ситуации и т.д..
Возлюби ближнего своего! А это про что? Это лишь про: «Думай не только о том, что у тебе перед носом, а намного дальше!» Будь не трехмерным а многомерным! А если не хватает мозгов думать об этом постоянно – вот тебе догматы. Следуй им и это будет хороший субститут! Не знаешь, что такое “субститут” – просто следуй догматам, и всё будет у тебя хорошо … в целом. Ладно, может не у тебя конкретно, но у всех вас вместе – это точно! Почти.
Вам кажется, что я уже слишком далеко ушел от заявленной темы о стратегическом прогнозировании и прогнозе НТП в частности? Но нет! Это еще не далеко. Более того – я всё еще в ней!
И я позволю себе копнуть еще глубже.
Мир удобно видеть фрактальным. Каков он на самом деле – не так уж и важно, но для исследования сложного очень удобно видеть подобное в подобном. А в части, касающейся конфликта малого с большим, это важно еще и вот почему …
Цивилизация, с одной стороны, постоянно движется к тому, чтобы расширить пространство, вовлекаемое в принятие решений – расширить горизонт планирования, увеличить размерность представления о мире – увеличить сложность моделей мира, которыми она оперирует. И всё это для того, чтобы стяжать эффект в проактивном управлении. А с другой стороны – цивилизация старается этот горизонт … сузить! И это не про гнусные антинародные колониальные власти и «рептилоидов» в мировом правительстве. Это “всего лишь” про главный закон управления (всё таки не смог я его и тут обойти!), который гласит: управление – есть организация целенаправленного согласованного взаимодействия. А согласованное взаимодействие достигается исключительно лишь за счет ограничения степеней свободы элементов, включаемых в систему! Поэтому, чтобы эффективно включить элемент в систему, чтобы он не «взбрыкивал», необходимо, в том числе, ему сузить пространство, в рамках которого он принимает решение о достижении своих (я это подчеркиваю) целей. А когда идет усугубление разделения труда, тогда это сужение становится всё более необходимым и интенсивным.
Но главная беда в том, что суженная картина мира неизбежно снизу начинает просачиваться на верхние уровни управления. Этому способствует множество факторов – это и разделение труда наверху, а следовательно – его бюрократизация, а, следовательно, – неизбежная потеря фокуса цели, а, следовательно, – избегание сложности, примитивизация, а потом – и накопление проблем,порождаемых простыми решениями, а потом все силы системы тратятся лишь на прикрытие задниц и это приводит к еще большему увеличению скорости порождения проблем … Лавина! … Или – “обратная положительная связь”, как любят нейтрально говорить кибернетики, стремясь не вызвать паники вокруг себя.
А фрактал здесь в том, что мы опять (но уже на другом уровне) имеем две противоположные концепции, между которыми движется «маятник» – концепция расширения границы пространства, в пределах которого осуществляется поиск решений и концепция ее сужения.
И судя по всему, мир сегодня движется в сторону сужения этой границы.
Плохо ли это, хорошо ли – нам в работе по НТП это совершенно не важно. Главное, что теперь у нас появляется хоть какие-то аргументированные основания для прогнозирования того, какие технологии будут востребованы в обозримом будущем и, соответственно, какие другие технологии они потянут за собой.
Однако тут же возникает следующий вопрос – а когда наступит разворот маятника? И если он наступит в течении 25-30 лет (необходимый по техническому заданию горизонт прогноза), то каковы будут последствия – какие технологии уже в связи с этим разворотом будут востребованы?
Чтобы ответить на вопрос о том, когда и как маятник двинется в обратную сторону (спрогнозировать его разворот), необходимо отчетливо понимать те процессы, которые разворачивают вспять движение сложных систем – таких, как цивилизации. Ни много ни мало!
Если глубоко не погружаться в эту тему, то можно сказать, что разворот маятника связан только с тем, что старая система управления и взаимозависимости уже начинает трещать по швам и не способна себя содержательно защитить, но внутри ее успевает народиться когорта субъектов (и не просто личностей, а как некая субкультура), способных к сущностному управлению, в противовес процедурному (бюрократическому), которым сегодня пронизана на всех уровнях умирающая система. Причем, эта когорта должна не просто народится и созреть, но успеть еще и завладеть необходимым ресурсом. Помните еще о том, что такое революционная ситуация ?
Однако и этого мало. Для того, чтобы всё это потом превратилось в успешный разворот (а по сути – в революцию) должно сложиться множество дополнительных обязательных условий, одним из которых является отсутствие сильного внешнего противника, стремящегося подмять под себя одряхлевшую систему. И если идет речь об отдельном государстве, то всё тут вроде бы понятно – всегда есть «добрые соседи», которые только и ждут, чтобы получить контроль над своим обессилевшим соседом или хотя бы его хорошенько грабануть, пока есть еще что грабить. “Грабь при пожаре!” – не об этом ли оно?
А что можно сказать на этот счет, если идет речь о мировом масштабе? Не об инопланетянах же здесь говорить, как о “добрых соседях”? Да, не об инопланетянах, поскольку тут речь идет о другом «соседе». И я опять возвращаюсь к теме сосуществования в одном географическом, экономическом, правовом и культурном пространстве трех культур – модерн, постмодерн и архаика. Даже четырех – есть еще специфические архаические культуры – трайбалистские. Есть и смешения всех четырех в разных пропорциях, но это здесь уже лишнее. Достаточно осмыслить эти четыре, и их взаимодействие, чтобы многое стало существенно намного понятнее.
Единство и борьба этих противоположностей – противоположностей культур – в ближайшие 25-30 лет и определит всю эволюцию человеческой цивилизации. И я сознательно постоянно избегаю здесь слова «развитие». В зависимости от того, чья возьмет – может родиться потребность строить звездолеты. А может быть мы будем, как одержимые, строить церкви, минареты, парки “Патриот”, “Единый марафон” и пункты «быстроденьги» на каждом углу. Вот именно отсюда и сформируется наиболее вероятный вектор требований и стимулов НТП. Точнее НТЭ – научно технологической эволюции. Ибо прогресс – оно такое … тут, что называется, – «Бабка надвое сказала».
