Сегодня в Максе на канале Агентства стратегических инициатив мне попалась заметка о том, что в России создают единые бережливые стандарты для государства и бизнеса. Речь о бережливых стандартах шла в рамках первого Всероссийского форума «Государство для людей». Само это название — уже показатель. В сообщении говорится: Госкорпорация «Росатом», РАНХиГС, Аналитический центр при Правительстве договорились о сотрудничестве в сфере внедрения управления эффективностью бережливых инструментов. Честно говоря, долго не мог отойти от этой новости. И жалею, что она мне попалась: кроме злости, она ничего не вызывает. Злости, в том числе, от ощущения системного бессилия, потому что сделать с этим уже ничего нельзя.

О чём речь? Об убожестве и великой деградации.

Чтобы понять масштаб этой деградации, стоит сделать шаг назад и вспомнить, какая парадигма организации производственной деятельности существовала в СССР.

В СССР была такая вещь, которую современная молодёжь совершенно не знает, — научная организация труда. И да, когда-то в этом направлении работали вполне серьёзно. Потому что прекрасно понимали: организацией труда надо заниматься не как алхимики, а ставить её на твёрдую научную основу. Понимали, что от того, насколько эффективно мы организуем труд человека, настолько эффективно он и будет трудиться. Конечно, если смотреть на конкретные реализации, то, как везде и всегда, хватало и в этой сфере и идиотов, и формалистов, и бюрократов. Но в целом такая парадигма была взята за основу, она развивалась, и если бы все двигались дальше в том же ключе, мы бы давно переплюнули всю эту западную кодлу.

И это бережливое производство изначально было ближе (но не близко!) именно к научной организации труда – порядок на рабочем месте, все эти гайдзины, канбаны и прочая ерунда.

Моё отношение к производственным процессам сформировалось в Советском Союзе, причём в весьма непростых отраслях — и далеко не на конвейере. Поэтому я понимаю: существует чёткое разделение между совершенствованием производственного процесса и повышением эффективности непосредственно производственной деятельности.

А в то время, когда нам это начали везде впихивать, накрашенные девочки-припевочки-кадровички рассказывали дедам, как всё должно быть. Слюной брызгали о том, как на Западе правильно всё организовано. Мы, те, кто поначалу с искренним удивлением смотрел на всё это, честно говоря, сначала не очень понимали: а может, правильно? Потом начали внимательнее присматриваться — и достаточно  быстро стало всё ясно.

Всё это пресловутое бережливое производство, ну, может быть, одну сотую процента чего-нибудь и улучшает. Но, как быстро оказалось, все управленческие силы отвлекаются на эту белиберду –  на бурную пустую деятельность. И это тогда, когда в карьере примерно 25 процентов руды (конкретный пример) уходит в потери. Той руды, которую можно было вынуть, переработать, и на ней реально заработать. А вместо этого – постоянные идиотские совещания, отчёты, презентации, семинары. Да, они на себя перетянули значительный управленческий потенциал …

Задолбали. Ругался я тогда с ними сильно.

Понятно, моё недовольство было гласом вопиющего в пустыне – на них это не действует. Они делают только то, на что у них хватает ума. А хватает его лишь на то, чтобы на рабочем месте, на столе рабочего, если он работает за столом, всё было размечено, отмечено, где что должно лежать. Они проводили какие-то занятия с мастерами, с начальниками участков. И вот эти, извините, социально незрелые дуры, единственной компетенцией которых является «со знанием английского языка», втюхивали мужикам, которые всю жизнь проработали на производстве, где у них должна лежать тряпка.

Ладно, они идиоты — и бог с ними, если бы занимались только этим. Но они же начали подтягивать под это бережливое производство уже и вопрос совершенствования производства. А вопрос совершенствования производства — это, вообще-то, моя специальность по диплому и опыту работы. Я это знаю от и до.

А эти… со знанием английского, вместо того чтобы заниматься совершенствованием производства, начали впихивать… Сейчас попытаюсь объяснить.

Помните, может, кто постарше: в Советском Союзе была формула «экономика должна быть экономной» ? И тут – то же самое : всё совершенствование производственного процесса они впихнули в парадигму «бережливое производство». И да, это именно – снижение издержек.

Когда-то я им пытался объяснить: Это глупость! Производство не должно быть экономным! Производство должно быть прибыльным! Издержки практически неважны! Если я издержки повышу даже в два раза, но при этом продам продукцию в десять раз дороже и намного больше — не в этом ли смысл? Для них, как оказалось, — нет. Для меня тогда это было удивительно. У них логика «маленьких побед»: «Вот здесь же тоже можно улучшить? Значит, это надо улучшить!» А понять, что реализовывать на объекте управления сразу множество проектов, связанных с изменениями, категорически нельзя (народ выгорает), — на это у них мозгов не хватает. А то, что начинать надо с главного , и все силы бросать на это главное … это для них – космос!

Ну и ладно, бог с ними. То, что эти идиоты на производстве, — противно, но не слишком страшно. Пусть у собственника голова болит: не в состоянии он подобрать нормальных управленцев — это его проблема. Раз ему хочется иметь толпу хипстеров – тех, кто умеет «по-умному изъясняться», демонстрировать индикаторы компетенции, выглядеть в соответствии с корпоративным дресс-кодом — значит, ему это важнее прибыли. И пофиг.

Но когда я читаю, что на первом Всероссийском форуме «Государство для людей» Агентство стратегических инициатив, РАНХиГС, Аналитический центр при Правительстве договорились о сотрудничестве в сфере внедрения управления эффективностью бережливого инструмента… Бережливый подход в социальной сфере и экономике! Бережливый! 

Эй, народ! Эффективный он должен быть! Эффективный, а не бережливый! С ориентацией на результат, а не затраты! А результат – это, напоминаю – эффект минус затраты.

Да, мы иногда сознательно закрываем глаза на какие-то не слишком важные недостатки, недочёты — чёрт с ним. С одной стороны, не на всё сил хватает: начнёшь распыляться — уйдёшь в мелочи. С другой стороны, есть такая странная штука, называется психология. Тот, кто управлял коллективами, прекрасно понимает, что если ты зажмёшь жизнь работника на работе в тиски, он перестаёт эффективно  работать. Это иллюзия, что когда они всё делают, как заведённые механизмы, они будут эффективны. Один лишь первый день будут эффективны! А потом они тебе отомстят. За счёт чего? У них никакой мотивации не станет работать. Человеку нужно творчество. А ты его загоняешь почти буквально в прокрустово ложе. Да, пусть у него бардак будет, лишь бы технику безопасности не слишком нарушал, особенно в отношении кого-нибудь. И бог с ним — лишь бы план выполнял. А то, что у него вокруг, оставим ему на творческую самореализацию.

Вся эта история, связанная с бережливым производством, для меня очень чётко ассоциируется с тем, что мы взяли наш производственный персонал из дурдома. И поэтому обращаемся с ними, естественно, как с идиотами. Следовательно, вбиваем им в голову: вот тут ты должен задницу подтереть правой рукой, вот здесь — левой рукой открыть кран и руки помыть, вот тут — поздороваться, вот сюда положить отвёртку. Везде ему надо нарисовать стрелочки, разграничительные линии, каждый шаг регламентировать, заставлять его это учить, постоянно ему это повторять и проверять: помнит, не помнит, и так далее.

Да, такова западная культура. Там это норма. Но меня волнует вопрос: а нахрена мы-то дебилов берём на работу? Мы же тем самым  сами же и множим этих дебилов! Мы таким образом создаём им пространство для размножения. Это во-первых. А во-вторых, эксплуатируя дебилов, сам становишься дебилом. Это я вам говорю как человек, который очень много лет занимается проектами изменений. Я знаю, что такое объяснять сложные вещи людям, которым ты про космос должен объяснять, а у них интеллект и мировоззрение человека каменного века. Да, индикаторы компетентности они демонстрируют уверенно. Повторить какие-нибудь умные слова, процитировать — о, запросто. Но у них интеллект неандертальца! А от этого неандертальца у тебя зависит, как будет что-то внедрено. И ты должен его в чём-то убедить.

Но хоть я и ругаюсь, однако на производстве, на самом деле, … легко! Я много лет работал на производстве, и дебилов там, конечно, много, но их можно или просто “пинками” заставить что-то делать или выгнать. А сегодня в моей работе дебилов надо убедить. 

Интересное наблюдение: невозможно изменить компетенцию дебила. То есть невозможно его чему-то научить, заставить понять и уже на этой основе принять какую-то необходимую позицию. Нет, это абсолютно невозможно. Это было возможно, лишь когда он учился в школе и в институте — тогда с ним что-то можно было сделать. А закончил институт — всё, забудьте о том, что ему в голову можно что-то вбить. Это иллюзия. Даже если он считает себя обучаемым и даже если старается — невозможно. Мозг так устроен. Ты или с этим родился, или не родился. И если тебе в порядок привели в соответствующем возрасте, то это будет работать. А если не повезло — не попал ты в хорошие руки — работать не будет. В дидактике период наиболее интенсивного освоения мира называется — «сензитивный период», но это про детей. А если про взрослых, то тоже всё давно известно: период наивысшей нейропластичности — 20–25 лет. Дальше всё становится только хуже. А в кибернетике прекрасно известны механизмы, которые запрещают глубоко усвоить что-то новое после того , как модель мира достигает определенного размера. Имитацию усвоения изобразить можно — усвоить нельзя.

Я говорю «нельзя», и это звучит категорично. Но даже если вам будет казаться, что вы усвоили, всё равно ни черта вы не усвоили. В условиях высокого давления, высокой неопределённости, когда времени не хватает на выработку решения, вы всё равно забудете про всё, чему вас учили (невовремя). Учиться надо было вовремя.

Всё это, кстати, целиком и полностью рушит концепцию постоянного образования. Нет, можно , конечно, накачивать человека всю жизнь какими-то конкретными навыками, но это работает только для очень простых компетенций. А сложные компетенции и реально сложные навыки, –  их надо осваивать в определённое время. Пропустишь это окно — упустишь жизнь. Как упустили жизнь все те, кто сегодня вещает на самом верхнем уровне про бережливое производство. Дебилы. 

И я не знаю – или они дебилы, заразившиеся от других дебилов, или они дебилы, что называется, урождённые. Ну или просто не попавшие в нужное время в руки того, кто научил бы их мыслить содержательно и критически. Но для нас – тех чья жизнь от них зависит, что называется, –  хрен редьки не слаще.

Но особо “умиляет” то, что даже сейчас, когда следовало бы подумать своей головой, они – про бережливое производство. Ну а как же – бэст-практика же! Не хухры -мухры. Белые сахибы им от щедрот своих сокровенное знание пожаловали. Понимать надо! И это в Агентстве стратегических инициатив. И в Ростехе. И в РАНХиГС, и в Аналитическом центре при Правительстве. Зато … “по-правильному”, по-модному. Куртуазненько.

Позорище!

Слушал очередную лекцию Осипова (из духовной академии). Лекция о том, что такое христианство. Все время, пока слушал, преследовало чувство досады от того, что богословы такое хорошее дело загубили. Заболтали, изгадили примитивными демагогиями, многие важные вещи свели к “чудотворчеству”. Но слушал с интересом, поскольку возникла мысль о том, что в некоторых ВУЗах, и особенно на АСУшных факультетах, надо читать дисциплину “реализация проектов изменений” и в рамках этой дисциплины показывать, в том числе, какие инструменты использовались разными религиями, чтобы изменить сложившуюся культуру сообразно своим догматам о добре и зле (тут я делаю отсылку к статьям о культуре управления). Несбыточные мечты!

А пока что в МИФИ перед сессией – молебен!

Но ведь есть, что рассказать современной достаточно грамотной молодежи, которая очень и очень недоверчиво, а иногда и критично, смотрит на мир. Вдумайтесь, это же, с точки зрения реализации  проектов изменений, просто невероятно! Представьте себе: человечество находится на определенном этапе развития культуры – иудеи на полном серьезе верят, что бог – судья и ждут мессию, который для них(!) поработит весь мир; нравы царят очень примитивные; жизнь человека почти ничего не стоит; и все считают, что так и должно быть. Но среди всего этого появляется некто, кто показывает, что можно иначе – можно любить! Причем, доказывает, что он не сумасшедший (а это – самое сложное). И он настолько стремится, чтобы все пошли другим путем, что сознательно идет на крест… чтобы их проняло, потому что понимает – иначе до них не доходит. И до них начало доходить! Не сразу, но его образ на кресте поселился в их головах и начал работать! И начал их менять.

Красиво, отчетливо, понятно. Понятны цели, противоречия, инструменты, роли. Понятен невероятный драматизм сюжета. А вместо этого эти «осиповы» и иже с ними гонят какую-то чудесатую ерунду. Они, на самом деле, уничтожают саму основную идею. Я все, конечно же, понимаю – обслуживать самый коммерческий проект в истории цивилизации – это очень непросто. Прикажут – “еще не так раскорячишься!”(с) Но – тем более – жаль, что такое красивое испортили.

А вот в ВУЗах преподавать декомерциализированное и дечудесированное христианство … это была бы бомба! Вот только – выдержит ли это наше общество?

Православие для физиков и системных аналитиков! И это не шутка, – это очень нужно, поскольку религия выполняет в обществе много очень важных задач. Одну из них, в своё время, осознал Гоббс. Он пытался понять, какие существуют механизмы обеспечения добросовестности сделки – какой договор может защитить стороны от жульничества и мошенничества друг друга? И показал, что единственным механизмом является привлечение внешней силы, которая должна быть больше, чем самая сильная из договаривающихся сторон. Через это он доказал необходимость государства, как самой сильной силы. Но тогда кто обеспечит добросовестность сделки между государством и обществом? И у него был только один ответ – Бог! Я раньше иногда ехидничал на этот счет. Но теперь понимаю: Бог здесь – это не субъект, а система догматов – культура, которая проецируется в социум и во власть через концепцию высшей силы – “дедушки на небесах”. Просто так людям доходит легче.

Власти, как ни крути, нужна религия, иначе ее ничто не сдерживает. Религия должна стать внутренним камертоном самой власти. Религия должна обуздать неистово-рационалистические устремления власти здесь и сейчас. Та рациональность в длительной перспективе, о которой я говорил в других постах (власть вынуждена давать обществу что-то здесь и сейчас, иначе «потом» для неё может и не быть) – это слабый сдерживающий фактор, ибо слаб человек – особенно человек власти – и легко хватается за синицу, игнорируя журавля (см. Мантры системного аналитика). Поэтому самой власти нужны догматы в виде религии. Бог, как основа религии, вселенная, инопланетяне… да всё что угодно, но категорические императивы должны быть. И их должно быть … система! Православие – это самая сложная и самая (как мне кажется) изящная система, если ее очистить от всей той ерунды, что на неё наросла. 

Я не идеалист и прекрасно понимаю, что если надо будет, то власть перешагнёт через любые категорические императивы (и я считаю это правильным), но в “повседневной” жизни эти императивы будут ею управлять. Это и нужно.

Практически все слышали про то, что Китай формирует систему расчета социальных рейтингов, используя централизованную (управляемую кем-то из центра) информационно-аналитическую систему , в которую стекается информация о каждом человеке. Пока это эксперимент в одном округе Китая,  Синцзян-Уйгурском, но замах очевиден – вся страна.

Идея в целом неплохая, но и опасная. Опасность такого механизма в том, что, попав в руки нечистоплотной группировки или даже одного человека, эта система превратится в мощнейшее оружие против общества. Нажатием одной кнопки кто-то сможет просто по своей прихоти «отменить» практически любого человека. Домоклов меч такой отмены будет висеть над всеми и уже самим фактом своего существования будет разрушать многие тонкие материи, благодаря которым общество более-менее цивилизуется. Однако идея таких рейтингов появилась не только как еще один механизм управления обществом, но и как ответ на ту ситуацию, в которую попало общество в связи с урбанизацией. 

Когда общество жило относительно малыми группами и каждый был на виду у всех, нарушать общественные нормы было невыгодно и даже опасно. Могло последовать не только порицание, но какое-то более серьезное наказание, вплоть до того, что человек мог стать изгоем. А изгоя из одной деревни другая деревня не принимала. Проступок на нем висел как клеймо. Один путь – в ушкуйники с кистенем на большую дорогу. Какое-то время можно и прожить. Или в келью – до конца жизни грех отмаливать.

Когда социумы начали укрупняться, влияние общества на индивида начало уменьшаться, и вот уже в мегаполисах мы имеем то, что человек, совершивший общественно неприемлемое деяние, «отойдя на два шага» от места, где это произошло (или переехав в другой район того же города), становится «чист и невинен». Безусловно, это повлекло расцвет всякого рода жуликов, мошенников разных мастей и разного уровня. На этом же сейчас построен и мелкий маркетинг. Большой город, дав цивилизации много полезного, уничтожил крайне важную вещь – фактически исключил роль общества в воспитании индивидуумов. Попытка компенсировать потерю различными «правовыми обществами» и т.п. не дает нужного результата и никогда не даст – там проблем больше, чем решений.

Вывод: если ничего не менять, общество так и будет разлагаться. Его ничего не сдерживает от этого. И вот уже, приходя на прием к врачу или юристу, вверяя им свою жизнь, ни один человек не может быть уверен, что врач или юрист приложат все силы к тому, чтобы решить свою задачу максимально в интересах клиента. Зачем? Ведь можно проще: сделать ровно столько, чтобы не понести какую-то неприемлемую ответственность, а если результат негативный – давай следующего! Следующий клиент всё равно, скорее всего, ничего и не узнает о том, что случилось с предыдущим. А для того, чтобы еще больше обезопасить себя, эти деятели эффективно применят инструменты, которые им дает «правовое общество». В противостоянии с клиентом, неспособным оплатить адвокатов, выиграет всегда организация. США и т.п. – тому пример. Мы идем туда же?

Вопрос в том, как сделать так, чтобы защитить людей от тех, кто уже доказал свою антисоциальность? Есть масса всего: обман, трусость, паникерство и тому подобные виды антисоциального поведения, которые законом не наказуемы, но и общественно неприемлемы. И вот тут свою роль мог бы сыграть социальный рейтинг. 

Но только не китайский вариант! 

Русская культура может позволить себе гораздо более прогрессивный подход – социально исчислимая репутация. Ключевое слово тут – «социально». Не кто-то там  – в центре –  по одному ему ведомым алгоритмам и по какой-то прихоти будет начислять баллы каждому человеку (вспомните историю со штрафами за нарушение ПДД … «Стрелка»), а это будут делать сами люди. Те, кто лично и хорошо знает человека.

Фактически речь идет о том, что людям предлагается ручаться друг за друга. Это знакомая многим не понаслышке субсидиарная ответственность. Если грубо, то выглядит это примерно так: если я врач, и я поручился, как за врача, за кого-то, то, если этот кто-то «накосячит», то отвечать будем вместе. Непосредственный виновник, конечно, получит по полной, но достанется и мне, как поручителю. Настолько сильно, насколько существенно он поручился. Можно поручиться совсем чуть-чуть, а можно и на 100%. Суть в том, что система добровольная. Никто никого не заставляет. 

Но если вы пришли на прием к врачу и увидели в специальной информационной системе, что за него никто не ручается, станете вы рисковать своей жизнью или жизнью своих детей? А с юристом так же? А с учителем? Поневоле задумаешься …

Но у этой системы есть проблема. На начальном этапе окажется так, что люди, которые официально считались «звездами», и те, кто себя считали “ого-го!”, окажутся без поручителей. Представляю, сколько будет «голых королей» и  личностных трагедий. Но пережить это придется. Иначе ждет нас такой же «цивилизованный мир», который мы наблюдаем на западе. Более того, всё, что мы сейчас видим на западе, – это только цветочки. Ягодки там начнутся тогда, когда им придется биться за последний кусок хлеба. Похоже, скоро мы много интересного там увидим. А мы в части выживания  – более тренированные, а потому и менее агрессивные, т.е. более цивилизованные. И мы еще не до конца растеряли то, что позволит нам, используя предлагаемый механизм, выйти на новый уровень. Я про коллективизм, или, как модно нынче, про соборность.